Музей Боевой славы

33-я гвардейская стрелковая дивизия в боях на юге России (1942-1943 гг.)

День Победы… Самый святой наш праздник. С букетами весенних цветов идут по нарядным улицам ветераны Великой Отечественной. С каждым годом все реже их ряды, все короче путь их праздничной колонны. Время берет свое. Звучат с трибун торжественные речи, и на лацканах пиджаков, и на антеннах машин – георгиевские ленточки. А вечером, по тем же улицам будет идти на праздничный концерт, в основном, молодежь – наше будущее. И чаще всего в этой толпе слышны не поздравления с Днем Победы, а ненормативная лексика. Это – поколение восьмидесятых, а теперь уже и девяностых, многими называемое потерянным. И едва ли каждый десятый из этой толпы знает о Маршале Победы Жукове и о том, что Сталин – не только дежурная страшилка бесчисленных телепрограмм, а еще и руководитель великой страны, победившей фашизм. Удивляться тут нечему.

За те долгие годы, когда Родину, ее достояние и земли пилили на куски лихие ребята в лихие же годы, российская псевдодемократия взяла большой, если не главный, грех на душу и отлучила нашу молодежь от собственной истории, переделывая ее «под себя». В стране чуть ли не сотня учебников истории с различными трактовками Великой Отечественной войны, ей в этих учебниках отведены считанные часы. Годы безвременья сумели надолго закрыть Посты №1 у Вечного Огня даже в городах-героях. И священная война наших отцов становится сегодня такой же далекой, как Куликовская битва.

Давно отгремели последние залпы той войны. Но если мы хотим вернуть себе наши традиционные ценности – патриотизм, национальное достоинство, порядочность в конце концов, нам не избежать другой войны – войны за души наших детей и внуков, пока еще не «потерянных» пацанов с одной только целью – чтобы они называли Россию не «этой страной», а Родиной.

Хотелось бы надеяться, что книга об одной из многих сотен советских дивизий не будет холостым выстрелом в этой войне, начинать которую нам с вами нужно было вчера, не дожидаясь по привычке команды сверху. И хотя автор у книги один, книга эта – результат работы трех единомышленников, живущих в соседних городах, Цимлянске и Волгодонске, расположенных по разным берегам Тихого Дона.

Историк-краевед Бурмистрова З.Г. двадцать лет занимается историей 33 гвардейской стрелковой дивизии (далее 33 гв.сд).  В 1990г. судьба свела ее с ветеранами этой дивизии на Украине, где в 1943-44гг. дивизия стояла насмерть в обороне на левом берегу Днепра, на так называемом Каховском плацдарме. За эти прошедшие годы Зинаида Григорьевна собрала бесценные сейчас воспоминания ветеранов, фотографии и другие материалы о боевом пути 33 гв.сд, прошедшей от Сталинграда до Кенигсберга. После распада Советского Союза определенные, как сейчас принято говорить, обстоятельства заставили ее с семьей перебраться на Дон, в г.Цимлянск. Ее переписка с ветеранами дивизии продолжалась, и в 2001г. привела к знакомству с семьей Курченко Н.А., сына бывшего минометчика этой дивизии.

Николай Александрович после окончания Новочеркасского Политехнического института строил новый Волгодонск, на его счету десятки городских объектов. В память об отце, освобождавшем донскую землю от захватчиков, в 1997г. он организовал последнюю, наверное, встречу однополчан отца в станице Советской, на месте первых боев Cталинградской битвы. В условиях городской квартиры для своих внуков сделал домашний музей с боевыми и трудовыми наградами отца, боевыми реликвиями. И уже после знакомства с Зинаидой Григорьевной продолжились поездки по местам боев дивизии, контакты с местными музеями.

В одной из таких поездок участвовала почти вся его семья - жена, двое сыновей и старший, тогда девятилетний внук Алеша, Зинаида Григорьевна, участник боев дивизии в Большой излучине Дона Ургапов И.И. и волгодонской кинооператор Рябчинский Ю.С.

Первая остановка в трехстах километрах от Волгодонска — у памятника бойцам 33 гвардейской Севастопольской ордена Суворова 2-й степени стрелковой дивизии, на въезде в станицу Советскую Ростовской области. Именно в этой станице, тогда Чернышевской, 16 июля 1942г. передовой отряд дивизии в составе знаменитой впоследствии 62-й армии своими боями начал переломную в ходе Великой Отечественной Войны Сталинградскую битву.

После отступления передового отряда трое суток через станицу на восток, к Сталинграду, шли, а, в основном, ехали, бесчисленные колонны немцев, румын, венгров и итальянцев.

«...Мы никогда не думали, что наши когда-нибудь вернутся, ведь уходили они — двое тащили третьего…» - из воспоминаний очевидцев тех событий (Гребенькова Л.А.).

После станицы Советской — степные реки Чир, Куртлак, бездорожье на стыке Ростовской и Волгоградской областей. Полевые цветы к братским могилам в хуторах Калмыковский, Манойлин, Копонья — ведь «в эти цветы они головы свои прятали!»

Названия этих маленьких хуторов на основной линии обороны дивизии сегодня мало кому известны, но в июле, а затем и в ноябре 1942г. они часто упоминались в сводках Верховного Главнокомандования.

Встречи с хуторянами, которые в те годы были чуть постарше внука Алеши, воспоминания о страшных боях, бомбежках, раненых, заполнивших все хаты и хуторскую школу: «А ведь много ж их было!» (х.Калмыковский, Степанова В.Г.).

Но не вернулся и не откликнулся на письма почти никто. И также не верили жители этих хуторов, что уже в первые дни советского контрнаступления в ноябре того же года увидят советские танки, принесшие освобождение.

И снова степь, поля... Тихо сегодня в этих полях, ясное небо над головой, не закрытое пылью, поднятой траками сотен танков, тысячами солдатских сапог.

Эта земля до сих пор опалена войной - слабые контуры осыпавшихся окопов и россыпи перержавевших гильз на непаханных склонах степных балок напоминают о горячем лете 1942-го, когда превосходство сил противника было многократным и дивизия с боями отступала к Дону. Здесь, в этих балках, полегли тысячи и тысячи наших бойцов. Атмосферу этого степного Пантеона не передать словами.

В результате поездки появился видеофильм «Ценою жизни», посвященный 60-летию Победы и вызывающий неизменный интерес у юных зрителей на уроках мужества в центральной детской библиотеке Волгодонска, школе-интернате г.Цимлянска.

В этом же, 2005г. судьба свела авторов с волгодонским ветераном Великой Отечественной войны Переходкиным С.Д. Нет, он не был бойцом 33 гв.сд. Сергей Дорофеевич, а в июле 42-го просто пятнадцатилетний паренек Серега, помогал разведке дивизии в станице Чернышевской — в самые первые дни Сталинградской битвы.

Так и появилась группа из трех единомышленников, объединенных уже идеей создания музея дивизии в г.Цимлянске (и это не случайно — в освобождении станицы Цымлянской и Цымлянского района дивизия участвовала в январе 1943г. в составе 2-й гвардейской армии).

Нельзя сказать, что путь к открытию музея был легким. Развитие событий освещалось в газетах «Наше время» (г.Ростов), «Вечернем Волгодонске» и «Придонье» (г.Цимлянск).

От публикации первых статей («Заставьте живых оглянуться назад») до заключительных («Музей открыт!») прошло два года.

И вот 7 мая 2007г. в живописнейшем уголке Цимлянска, у Приморского парка, в просторном и светлом помещении школы-интерната состоялось торжественное открытие музея 33-й гвардейской стрелковой дивизии, может быть, последнего музея Великой Отечественной Войны в нашем регионе.

Среди приглашенных — ветераны войны и труда, хор казачьей песни, представители администрации Цимлянска, Волгодонска и Волгодонского комбината древесных плит (ген. директор Фирсов А.В.), оказавшего существенную помощь в оборудовании музея.

Зачитывается благодарность Совета ветеранов Второй гвардейской армии, звания почетных ветеранов 33 гв.сд получают участники создания музея...

После открытия музея работа группы энтузиастов продолжилась участием в составлении первой энциклопедии «Сталинградская битва 1942-43гг.» (г.Волгоград, 2007), изданной к 65-летию Победы в этой битве, а теперь вот этой книгой о боевом пути 33 гв.сд на территории Южного Федерального округа.

В книге использованы воспоминания ветеранов дивизии, как опубликованные, так и оставшиеся рукописными, мемуары советских военачальников, современные работы российских и зарубежных историков, основанные на рассекреченных архивных материалах.

"Не уходят из памяти опаленные боями, израненные и все-таки выжившие, отступившие с одного смертельного рубежа на другой, разгневанные, полные решимости выстоять до конца, люди лета сорок второго года. Дух Сталинграда, как и его слава, брали свое начало в их душах, в их сжимающих оружие руках."

К.Симонов, "Сорок второй".

 

Отрывок из главы второй. 
Сталинградский рубеж.

Сегодня мало кто помнит дату нашей победы в Сталинградской битве, а дату начала ее не помнят и многие историки. И уж совсем мало кому известно, что началась эта битва на территории Ростовской области.

...Летом 1942г. десятки тысяч людей устало брели на восток по раскаленной донской степи. Военные и гражданские, с оружием и без, пешком или на подводах, изредка - на автомашинах. Это отступала Красная Армия, в общем направлении на Сталинград.

Вслед за нею, в огромный 300-километровый разрыв советского фронта, хлынули фашистские войска. На машинах, мотоциклах и танках по Дикому полю, помнящему нашествие гуннов, половцев и татаро-монгол, днем и ночью двигалась страшная сила.

Казалось, ее движение на Восток уже не остановить, казалось, что это - финал Восточной кампании. Как такое могло произойти?

После весеннего поражения под Харьковом и в Крыму Красную Армию ждали новые испытания. Еще в начале июня немецким командованием были разработаны планы операций "Блау" и "Клаузевиц", с которых должно было начаться генеральное летнее наступление на южном фланге советско-германского фронта (Ставка ВГК ждала это наступление на московском направлении). В итоге этих операций в огромный котел от Ростова до Воронежа должны были попасть войска сразу двух советских фронтов - Южного и Юго-Западного. Однако Ставка ВГК сумела разгадать замысел противника и дала приказ об организованном отступлении.       Южный фронт отходил на левый берег Дона в его нижнем течении, Юго-Западный с тяжелыми боями отступал за Дон, к Сталинграду.

Бронированные "клешни" 1-й и 4-й немецких танковых армий замкнули в кольцо в районе Миллерово-Кантемировка уже пустое пространство. В так называемый "миллеровский" котел не попали основные силы советских фронтов, но уйти от окружения удалось только ценой больших потерь.

Картины этого страшного отступления показаны с присущим В.Некрасову реализмом в его повести "В окопах Сталинграда"; М.Шолоховым - в романе "Они сражались за Родину" и в одноименной экранизации С.Бондарчука, где замечательно переданы мысли, чувства и переживания наших бойцов.

И хотя планы гитлеровского командования не осуществились до конца, в целом Вермахт добился немалых успехов: полностью захватил Донбасс с его угольными ресурсами, Ростов - "ворота" на Кавказ, вышел в Большую излучину Дона*, чем создал угрозу непосредственного захвата Сталинграда. Ставке ВГК стали ясны и намерения противника в летнюю кампанию 1942г.: ударом на Сталинград перехватить главную водную артерию Советского Союза - Волгу и, отрезав весь Юг, бросить все силы на захват нефтеносных районов Кавказа.

Чтобы остановить врага и прикрыть Сталинградское направление, Ставка ВГК 12 июля 1942г. из остатков Юго-Западного фронта образует Сталинградский . Протяженность его - 500км от Павловска до станицы Верхне-Курмоярской  на Дону, затопленной сейчас Цимлянским водохранилищем.

Ставкой был определен и Сталинградский оборонительный рубеж западнее реки Дон - от Караженского (у г. Серафимович) через Евстратовский, Калмыковский и Суровикино - по западной сухопутной границе Большой излучины Дона. В состав нового фронта вошли три армии, переформированные из резервных: 62-я, 63-я, 64-я, а также 21-я армия ЮЗФ и 8-я воздушная армия.

Сейчас в Волгограде и стар,  и млад, знают о легендарной 62-й армии** и ее командарме - В.И.Чуйкове. Но тогда, в июле 1942 года, у армии был другой командующий, и до боев в Сталинградских кварталах и у центральной переправы, где сейчас городская набережная имени 62-й Армии, было еще далеко.

Новоиспеченная армия под командованием генерал-майора В.Я.Колпакчи в составе шести стрелковых дивизий, четырех полков курсантских военных училищ и шести отдельных танковых батальонов с марша занимала оборону от Клетской до Суровикино в  сто километров по фронту. Среди этих дивизий была и 33-я гвардейская, прибывшая с Северного Кавказа.

4 июля 1942г. последние эшелоны дивизии разгрузились на железнодорожной станции Донская (г.Калач-на-Дону) Сталинградской области. На эту же станцию для 33 гв.сд был завезен полный комплект вооружения, изготовленного на эвакуированных за Волгу заводах, инженерное имущество, лошади, повозки, кухни и продукты. Правда, положенного по штату количества грузовых автомашин (154 ед.) дивизия не получила.

11 июля, переправившись на пароме через р.Дон, 33 гв.сд совершила 60-ти километровый походный марш на северо-запад от Калача и заняла отведенный ей участок обороны на правом фланге 62-й армии.


*Большая излучина Дона-местность, охватываемая течением Дона от Серафимовича до Суровикино восточнее прямой, соединяющей эти города,

** 62 армия сформирована в июле 1942 на базе 7-ой резервной. После завершения Сталинградской битвы была преобразована в 8-ю гвардейскую. Под командованием В.И.Чуйкова она дошла от берегов Волги до Берлина.

 

 

 

...Середина знойного даже по южным понятиям лета, безводная донская степь. Уже отцвели душистый чабрец, бессмертник и другие буйные травы, унес их ароматы порывистый ветер, остался только горьковатый запах полыни, да палящее солнце над головой. Под этим беспощадным солнцем, в тяжелом, почти каменистом грунте с помощью ломов, кирок и топоров бойцам дивизии нужно было спешно оборудовать огневые позиции и окопы на своем 22-х километровом участке Сталинградского рубежа. До начала самой кровопролитной в истории человечества битвы, изменившей ход Великой Отечественной войны, оставались считанные дни. Соотношение сил противоборствующих сторон в предстоящем сражении складывалось далеко не в пользу Красной Армии.

На Сталинград в Большой излучине Дона наступала немецкая 6-я полевая армия, ударная сила Вермахта. Гитлеровские генералы считали, что в ней воплощена сама идея наступательной войны. Она успешно участвовала в покорении Польши и Франции, именно ее готовили к десантированию на Британские острова. Эта армия не знала поражений в сражениях с Красной Армией на Украине. В армии имелось 270 тысяч солдат и офицеров (причем солдат, посаженных на машины!), 3 тысячи орудий и минометов, 500 танков. С воздуха эти силы поддерживались 1200-ми самолетами 4-го воздушного флота Германии. Перед армией Гитлером была поставлена конкретная задача - 25 июля овладеть Сталинградом.

К началу боевых действий  Сталинградский фронт реально мог противопоставить врагу только 12 дивизий 62-й и 63-й армий - около160 тысяч человек в пешем строю, 2200 орудий и минометов, до 400 танков. В составе нашей 8-й воздушной армии было всего 454 самолета.

Противник превосходил советские войска по численности в 1,7 раза, по артиллерии и танкам - в 1,3 раза, по авиации - более чем в 2 раза.

Кроме того, советские резервные армии, с марша занимавшие неподготовленные рубежи обороны в открытой танкодоступной местности, сразу попадали под удары вражеской авиации. Боевой опыт советских дивизий, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Зачастую их личный состав был совершенно не обстрелянным.

Вот в таких условиях и начинался оборонительный период Сталинградской битвы, наименее изученный по мнению как советских, так и новых российских историков.

«Прошли десятилетия после событий Сталинградской битвы, но миллионы документов о ней еще не изучены, сотни тысяч фактов не описаны. Особенно это относится к боевым действиям 1-й и 4-й танковых армий, и дивизий 62-й армии, сражавшимся в большой излучине Дона». Эти слова советского академика А.М.Самсонова более чем актуальны и сейчас, спустя 20 лет после четвертого издания его монументального труда «Сталинградская битва» (Москва, «Наука», 1989г.), неудостоенного переиздания в новой России. К сожалению, эти двадцать «перестроечных» лет потрачены, в, основном, не на исследования «белых пятен» собственной истории, а на создание новых мифов о войне. А ведь за эти двадцать лет ушли от нас в большинстве своем ветераны, участники тех безвестных боев, состарились даже самые юные очевидцы событий тех лет, бывшие тогда подростками. Может получиться так, что величайшая битва мировой истории, происшедшая на нашей с вами земле, в обозримом еще прошлом, окажется во многих деталях и фактах так же далека для потомков, как битва князя Игоря с половцами на  реке Каяла.

Но вернемся в июль 1942г. 33-я гвардейская дивизия спешно занимала 22 км полосу обороны на правом фланге 62-й армии - от хутора Калмыковский до совхоза Копонья Клетского района (84 гв.сп), и от Копоньи до хутора Киселева Суровикинского района (91 гв.сп) Сталинградской области.

88-й полк находился во втором эшелоне дивизии, на правом берегу Дона у Калача.

Штаб дивизии располагался в хуторе Рожковском, сейчас этот хутор заброшен, название его исчезло с географических карт.

...Маршевые колонны немцев и окапывающихся по грудь в землю советских пехотинцев еще разделяли десятки километров.

Стремясь выиграть время для занятия и обустройства основных рубежей обороны, выяснить силы и намерения противника, Ставка ВГК приказала Сталинградскому фронту выдвинуть навстречу врагу, к степным рекам Чир, Цуцкан и Цимла, сильные передовые отряды (ПО).    

33 гв.сд получила приказ о выдвижении такого отряда к станице Чернышевской (не путать с пос.Чернышковским, районным центром Волгоградской области), расположенной на западном берегу реки Чир, в 45-ти километрах западнее полосы обороны дивизии. Сейчас это станица Советская, один из районных центров Ростовской области. О действиях передового отряда в Чернышевской подробно рассказывают ветераны дивизии М.И.Ржавский и В.З.Ломовский — непосредственный участник  боев в составе передового отряда , тогда 19-ти летний командир стрелкового взвода. В своей рукописи они скрупулезно собрали воспоминания и ветеранов — бойцов ПО, и мирных жителей, свидетелей тех событий.

Вот что рассказывает нам эта неопубликованная в 90-х годах рукопись.

Передовой отряд дивизии состоял из 88-го полка, выдвигаемого из второго эшелона (от г. Калач-на-Дону), усиленного дивизионом 59-го артполка и батареей истребительно-противотанкового дивизиона, а также приданым 651-м отдельным танковым батальоном, сформированным на Сталинградском тракторном заводе. Командовал отрядом гв.майор П.В.Евдокимов*, командир 88 гв.сп .


*Евдокимов Петр Васильевич — по данным Гл.Управления кадров МО СССР родился 18.06.1910г. в г.Иваново. Службу в Красной Армии проходил с 1929 по 1942г., окончил военную школу им.ВЦИК. В ВОВ с 11.07.41г., командир парашютно-десантного батальона 2 ВДБ (с 11.10.41г.). После ранения и лечения в госпитале (с марта 1942г.) - командир 6 ВДБ 3ВДК, затем — командир 88 гв.сп 33 гв.сд Из списков офицерского состава исключен как пропавший без вести в июле 1942г. Кандидат в члены ВКП(б).

 

 

 

Для проведения предварительной разведки передовому отряду придавались также рота автоматчиков 84-го полка (командир роты гв.мл.лейт. И.С.Лебедев) и  разведрота под командованием  начальника разведки дивизии гв.капитана С.А.Глущенко. Этот разведотряд должен был разведкой боем определить силы врага в станице Чернышевской, взять пленных и отойти, не ввязываясь в затяжные бои до подхода основных сил передового отряда.

С этой целью разведотряд на двадцати грузовых автомашинах и с ротой танкового батальона (12 танков, командир роты мл.лейт. С.Загиров) еще 15 июля выдвинулся к Чернышевской в район хуторов Петровка и Русаков.

Связисты дивизии, воспользовавшись еще не разрушенной телефонной линией, выяснили, что в станице уже находятся немцы (приложение №     ), что и подтвердил первый же разведпоиск. Особенно же впечатляло движение колонн немецкой техники мимо станицы - из Боковской транзитом на Морозовскую.

Гвардии сержант Сыроваткин рассказывал:

«… Обидно и досадно — идет враг по нашей земле безнаказанно. Колонны автомашин без боевого охранения, танки с открытыми люками. Так и хотелось ударить хотя бы по одной машине, но приказано было не выдавать себя».

Опытный офицер Глущенко* привлек для разведки местных подростков, не вызывающих особых подозрений у немцев. Пятнадцатилетний станичный пацан Серега Переходкин лично от капитана получил задание на разведку в Чернышевской. Все добытые сведения Серега благополучно передал Семену Антоновичу, поразившему мальчишку своими двумя орденами (см. приложение №       ).

Из хутора Русаков, расположенного на восточном берегу Чира, в ночь с 15 на 16 июля провела наших разведчиков в Чернышевскую комсомолка Косикова Маша. К утру разведчики вернулись в Русаков с тремя пленными.

«...Панцердивизион, майн командирен — оберст Вейдлинг» - и без переводчиков были понятны показания «языков».

К 25 июля немцы должны взять Сталинград — таков приказ фюрера.

Пленные рассказали также, где в станице находится штаб их мех.части.

...В нашей историографии началом Сталинградской битвы принято считать 17 июля 1942г., когда большинство передовых отрядов Сталинградского фронта вошли в соприкосновение с авангардами наступающего противника.


*С.А.Глущенко, род. 15.09.1917г. Выпускником военно-десантного училища встретил войну в Венгрии. Летом 1942г. – начальник разведки 33-й гв.сд. С 62-й – 8-й гв.армией (командарм В.И.Чуйков) прошел от Сталинграда до Берлина, где участвовал в пленении командующего Берлинским гарнизоном генерала Вейдлинга, в чине «оберста», рвавшегося к Сталинграду через станицу Чернышевскую. Сейчас гв.полковник в отставке С.А.Глущенко, отмеченный многими боевыми наградами, проживает в г.Москва.

 

 

Но академик А.М.Самсонов в «Сталинградской битве», а теперь и современный русский историк А.Исаев в своей новой книге «Сталинград. За Волгой для нас земли нет» (Москва, «Яуза», 2008г.) упоминают, по всей видимости, один и тот же бой, происшедший 16 июля недалеко от станицы Морозовской Ростовской области.

В 20.00 разведотряд 147-й стрелковой дивизии 62-й армии вступил в скоротечный бой с немецкой механизированной частью, в результате которого были уничтожены и повреждены три танка противника. После столкновения разведотряд отошел в район Верхне-Гнутова, потеряв также один Т-34 сгоревшим и два — подбитыми. Но первые выстрелы великой битвы прозвучали еще ранним утром этого же дня в станице Чернышевской той же Ростовской области.

Рукопись М.И. Ржавского и В.З. Ломовского описывает предпринятую передовым отрядом 33 гв.сд разведку боем в Чернышевской на рассвете 16 июля 1942г. Можно предположить, что это и был первый бой Сталинградской битвы.

 

16 июля 1942 г.

 

В разведке боем участвовали роты автоматчиков И.С.Лебедева* и разведчиков лейтенанта Донченко. Бойцы на танковой броне ворвались в станицу и завязали уличные бои. Немецкой бронетехники в этот момент в станице еще не было. Застигнутые врасплох гитлеровцы, отстреливаясь, отступили вглубь станицы. В плен попали солдаты 14-го  полка 29-й моторизованной дивизии. Отделению автоматчиков гв.сержанта Ивана Михайлюка удалось без потерь захватить штаб мех.части, о котором говорили первые пленные немцы. Были захвачены штабные документы, знамя фашистской части, взяты в плен офицеры штаба.

Когда же к Чернышевской приблизилась большая колонна крытых автомашин с пехотой и танков, разведотряд, обстреляв колонну, оставил станицу и отошел к извилистым и густо поросшим берегам реки Чир. Здесь на него налетели вражеские бомбардировщики. Благополучно переждав бомбежку в прибрежных зарослях, отряд без потерь вернулся в Петровку.


*Лебедев Иван Семенович, родился в 1907г. в семье шахтера в Донбассе. Срочную службу проходил в Средней Азии, в боях с басмачами был дважды ранен. В сентябре 1941г. сержант Лебедев вновь призван в ряды РККА и направлен в формирующийся тогда на Северном Кавказе 3 ВДК. За участие в боях передового отряда 33 гв.сд. награжден орденом Красного Знамени, затем – орденом Отечественной Войны I-й степени. Гвардии лейтенант И.С.Лебедев был смертельно ранен 14.01.1943г. в бою за хутор Лисичкин Константиновского района Ростовской области, похоронен в братской могиле хутора Паршикова Цимлянского района.

 

 

 

Немцы же, встревоженные неожиданным налетом, уже к ночи подтянули в Чернышевскую свои механизированные части. Автомашины, пушки и танки заполонили улицы станицы, часть сил немцы разместили и в хуторе Русаков.

 

17 июля

 

Ранним утром следующего дня  две роты 1-го батальона (командир гв. капитан Н.А.Субхангулов) 88-го стрелкового полка, после почти стокилометрового двухсуточного марша подошли к хутору Русаков, занятому по сведениям головного дозора противником.

Командир передового отряда гв.майор П.В.Евдокимов дал команду атаковать врага, предварительно отрезав его от моста через Чир. Бойцам, рвавшимся в свой первый бой, атака удалась. Врагу был нанесен большой урон, но не малыми были и наши потери.

Фашисты, отойдя от реки, заняли оборону на юго-восточной окраине Чернышевской.

Евдокимов решил развить успех и взять станицу. Тут же был сформирован танковый десант из семи танков, двух стрелковых взводов первой роты и пулеметного расчета. Командиром этого десанта был назначен гвардии лейтенант В.З.Ломовский, один из авторов неопубликованной рукописи «Задание чрезвычайной важности». Оба взвода (60-65 бойцов) разместились на броне пяти «тридцатьчетверок» и двух легких танков Т-60.

Так вспоминал этот бой ветеран дивизии, гв.рядовой  И.И.Ургапов.

Где-то в 8.30 танки стремительно перескочили деревянный мост через Чир и развернутым строем устремились к Чернышевской. Немцы встретили их ураганным артиллерийским и минометным огнем. Атакующие стрелки залегли на оказавшемся открытым месте. Как потом выяснилось, на заросшем поле заброшенного сельского аэродрома. Один танк загорелся, еще два, получив повреждения, стали медленно отходить к реке, остальные резко рванулись вперед, ворвались на окраину станицы и скрылись из виду. На околице показались несколько немецких танков в ядовито-зеленой раскраске, но они тут же развернулись и также скрылись в станице. Стрелки, уходя из-под минометного обстрела, несколькими бросками достигли крайних домов станицы, выбили из них вражеских пехотинцев, но дальше ,без танковой поддержки, не продвинулись.

А что же танки, прорвавшиеся в станицу? Потерь врагу они принесли немало, особенно одна «тридцатьчетверка». Она шла не по прямым, как стрела, улицам станицы, простреливаемым немецкими пушками и танками, хорошо видимым летчикам «Юнкерсов», а по дворам и огородам. Эта «тридцатьчетверка» постоянно маневрировала, делала зигзаги. Стреляла из пушки и поливала врага из пулеметов. А станица уже под завязку была набита немецкой техникой и солдатами. Позади себя танкисты оставляли груды искореженного металла и трупы солдат.

По рассказам очевидцев – местных жителей, эта «тридцатьчетверка» шла по станице, неся врагу смерть и разрушения, более трех часов, но, попав на погреб, тяжелый танк провалился. Экипаж, покидая его, погиб. Имена отважных танкистов остались неизвестными…

…Для подавляющего большинства бойцов это был день первого настоящего, а не учебного боя.

«Первая мина, первый снаряд или пуля, первый танк или пикирующий с надрывным воем самолет….Какие они? – вспоминает ощущения первого боя В.З.Ломовский. – Как с ними бороться и как вести себя в той или иной обстановке? Как пережить ранения, потерю товарищей? На многие вопросы можно  было получить ответы только в бою.»

И первый бой продолжался уже в темноте. Последняя атака двух уже неполных рот началась почти в полночь, но успеха опять не принесла. Фашистам удалось, осветив поле боя ракетами, вести прицельный огонь и отбить ночную атаку. Наши роты вынуждены были оставить станицу.

 

*  *  *

 

Передовой отряд атаковал Чернышевскую еще три дня, но все попытки взять ее оказались безуспешными. П.В.Евдокимов бросал в бой роту за ротой, прибывающие с марша, но противник отбивал атаки авангардами своих 16-й танковой и 113-й пехотной дивизий.

20 июля П.В.Евдокимов ввел в бой все наличные силы отряда: остатки всех трех батальонов, трех танковых рот и артдивизиона… Они вели наступление на противника с трех сторон, уничтожили в этот день 8 орудий, 4 бронетранспортера, 18 автомашин и сотни солдат противника, не раз врывались в станицу, но закрепиться в ней так и не смогли.

Катастрофически не хватало артиллерии и других противотанковых средств (даже ПТР!), все меньше оставалось танков, краснозвездных самолетов в небе не было совсем. Редели ряды стрелковых рот, много гибло командиров, в том числе и от снайперского огня. Все больше сказывалось большое удаление от основных сил дивизии.

Получив сведения о том, что противник собирается нанести по отряду удар крупными силами, Евдокимов принимает решение на отход от станицы, но, выполняя основную задачу отряда (выиграть время!), пытается остановить врага на промежуточной позиции – у слободы Петрово, в 18 километрах к востоку от Чернышевской. В слободе уже находился небольшой гарнизон отряда, были подготовлены рубежи обороны, вплоть до окопов для танков, заминированы подходы к ним.

Утром 21 июля к этим рубежам подошли танки и артиллерия противника, на крытых автомашинах прибыла пехота, развернулась в цепи. После артобстрела и бомбежки пехота пошла в атаку за танками – без головных уборов, с закатанными рукавами. Три таких атаки отбили за день наши бойцы, уничтожив до батальона пехоты, подбив 13 танков и уничтожив 7. В последний день этого противостояния, 22 июля, противник уже силами двух пехотных полков дважды (в 8.00 и 15.00) пытался прорвать линию обороны отряда. К исходу этого дня фашисты вдруг прекратили огонь и обе вражеские дивизии (16-я танковая и 113-я пехотная 14-го танкового корпуса) начали колоннами движение на восток, в обход позиций нашего передового отряда. Остатки его подразделений начали отход к главным силам дивизии, двигаясь по территории, фактически захваченной противником. В районе высот восточнее хутора Верхняя Гусынка отряд был атакован танками 16-й тд и понес большие потери в коротком и жестоком бою.

Утром 23 июля, попав под удар вражеского танкового клина, атакующего уже основную линию обороны 33-й гвардейской дивизии, отряд Евдокимова был расчленен на две части. Большая из них (порядка 800 чел.) примкнула к 84-му полку своей дивизии, меньшая часть вышла на позиции 192-й стрелковой дивизии. Потери передового отряда, насчитывающего к 16 июля более 3,5 тыс.человек, были огромными. Так, из 1-го стрелкового батальона осталось в строю только 28 бойцов.

И о судьбе Петра Васильевича Евдокимова. В краеведческом музее слободы Чистяково (Советский район Ростовской области) есть портрет этого светловолосого и голубоглазого командира с мужественными чертами лица и двумя майорскими шпалами в петлицах. Под портретом подпись – погиб в станице Чернышевской.

Из ответа Главного управления кадров МО СССР:  « …из списков офицерского состава исключен, как пропавший без вести в июле 1942г.» Но по мнению командира 84 гв.сп  Г.П.Барладяна, в чье расположение вышла часть отряда, возглавляемая П.В.Евдокимовым, он погиб в ночь с 23 на 24 июля, пытаясь пробиться на танке Т-34 в штаб дивизии – сгорел вместе с экипажем танка. Это мнение разделяют и другие ветераны дивизии, последний раз видевшие Евдокимова садившимся в танк. Они не допускают никаких других версий.

 

*  *  *

 

Подводя итоги действий передового отряда 33-й гвардейской стрелковой дивизии, напомним, что первоначально немцы планировали взять Сталинград 25 июля 1942г. Этот срок был сорван только боями передовых отрядов Сталинградского фронта, в том числе и отрядом 33-й гв.сд. Темп продвижения противника снизился с начальных 30-35 км до 10-12км в сутки, а затем и до 3-4км. И хотя, по мнению ветеранов, тактических ошибок у командиров отряда было немало, главные свои задачи отряд выполнил:

- на целую неделю было задержано продвижение противника к основной линии обороны дивизии. Это позволило ей завершить строительство оборонительных сооружений на рубеже обороны хотя бы в минимально необходимом объеме, и в итоге выстоять на этом рубеже в начале общего наступления противника;

-  передовой отряд на своем узком фронте заставил преждевременно развернуться в боевые порядки значительную часть главных сил 6-й немецкой армии (16-ю тд, 113-ю пд и частично 297-ю пд), что позволило уже 21 июля определить направление и мощность главного удара противника – на правый фланг 62-й армии;

- анализ боевых действий всех передовых отрядов 62-ой армии определил ключевую точку ее обороны - г.Калач-на-Дону.

Уточнив намерения противника, армия из своих скромных резервов и второго эшелона выдвинула в полосу обороны своей правофланговой 192-й сд один стрелковый полк, танковую бригаду и отдельный танковый батальон, что в какой-то степени помогло смягчить удар противника 23 июля 1942г., при его переходе в наступление.

 

*  *  *

 

Для сокрушения построенной на скорую руку обороны Сталинградского фронта в Большой излучине Дона и захвата Сталинграда противник создал две ударные группировки – северную и южную (см. схему №     ). Предполагалось, что северная группировка из района Чернышевская-Перелазовский, а южная – из района Обливская-Суровикино, разновременными охватывающими ударами на Калач замкнут в кольцо на правом берегу Дона Советскую 62-ю армию, а затем, форсировав Дон, эффектным броском по кратчайшему пути (от Калача) ворвутся в Сталинград.

Стандартный план классического окружения при явном превосходстве сил не вызывал у немцев никаких сомнений в успехе. Никто из гитлеровских генералов не мог себе и представить, что через полгода начавшаяся этой операций битва завершится разгромом 6-й армии на Волге и трехдневным трауром по всей Германии.

Северная ударная группировка силами двух танковых, двух моторизованных и четырех пехотных дивизий на рассвете 23 июля 1942г., потеснив советские передовые отряды, перешла в общее наступление на правый фланг 62-й армии. Бесчисленные немецкие эскадрильи буквально перепахали бомбежкой позиции  советских дивизий – 192-й и 33-й гвардейской стрелковых дивизий. Наших самолетов в небе над этими позициями не было совсем. Они бомбили переправы в районе станицы Цымлянской, по которым днем раньше начали форсировать Дон наступающие на юг части 4-й танковой армии Гота.

Более того, часть воздушных сил Сталинградского фронта (напомним, в его 8-й воздушной армии было всего 450 самолетов) начала перебазирование на аэродромы Северо-Кавказского фронта с той же целью - бомбардировка переправ через Дон в Цымлянской и Николаевской с минимальными радиусами полетов.

Обстановка осложнялась еще и тем, что правофланговые дивизии оказались без вторых эшелонов и танковых резервов. Остатки танковых батальонов только выходили, отступая со своими передовыми отрядами, к основным позициям этих дивизий.

Самолеты Люфтваффе, встречая только слабый зенитно-пулеметный отпор, подавляли противотанковую артиллерию, затем танки крушили оборону стрелков. Но, вопреки ожиданиям немцев, даже в таких условиях, без самолетов и танков, красноармейцы героически отражали атаки врага, имевщего подавляющее превосходство в силах.

Так, на участке обороны 84-го гвардейского стрелкового полка (командир полка гв.подполковник Г.П. Барладян )  33 гв.сд, позиции которого протянулись в Клетском районе от хутора Калмыковского до поселка Копонья,  враг превосходил советские войска в людях в 4-5 раз, в орудиях и минометах в 9-10 раз и в танках и самолетах абсолютно. Немецкая авиация группами по 60-70 самолетов непрерывно бомбила боевые порядки полка.

«…Полк подполковника Г.П.Барладяна из 33-й гвардейской стрелковой дивизии, сражавшейся на правом фланге армии, был одной из частей, которым пришлось сдерживать самый жестокий натиск врага. Этот полк проявил выдающуюся стойкость» - так пишет в своих мемуарах начальник штаба 62-й армии маршал Советского Союза Н.И.Крылов.

 

*  *  *

 

«Героические дела советских воинов на дальних подступах к Сталинграду открываются подвигами четырех бронебойщиков» - этими словами знаменитого командующего 62-й армией, Маршала и дважды Героя Советского Союза В.И.Чуйкова лучше всего начать рассказ о сражении двух расчетов ПТР (противотанковых ружей) с 30-ю немецкими танками.

«Стойкость, победившая смерть». Так назывались статьи в «Красной Звезде», фронтовых и армейских газетах и просто листовках, дошедших тем летом до каждого советского бойца.

Так называется и диорама в музее «Сталинградская битва». И посвящены они подвигу бронебойщиков того же 84-го гв.стрелкового полка – Петра Болото, Ивана Алейникова, Константина Беликова и Петра Самойлова. Из двух ружей ПТР 23 июля 1942г. они подбили пятнадцать немецких танков и этим подвигом открыли героическую летопись Сталинградской битвы.

Высота 198,3*… Холмистая возвышенность на стыке двух батальонов. Здесь, на заманчивом для прорыва обороны месте, выдвинувшись вперед от позиций полка, и окопались четверо бойцов, замаскировавшись так, что их окопы было трудно обнаружить как с земли, так и с воздуха.

Противник не заставил себя долго ждать. Три десятка вражеских машин («…по семь на брата, да еще два сверху…») двигались по пыльной дороге у высотки. Слава богу, что с танками не было пехоты.

Казалось, что могли сделать четыре бойца, вооруженные всего-навсего двумя противотанковыми ружьями калибра 14,5мм и двумя винтовками против тридцати танковых пушек и шестидесяти пулеметов?

В лучшем случае, вывести из строя несколько машин, но…


* Высота 198,3м. Участники этого боя в свое время не сумели показать эту высоту, расположенную, скорее всего, на рубеже Копонья-Калмыковский, у автодороги Суровикино - Серафимович.

 

 

Сейчас  ее поисками заняты следопыты средней школы хутора Калмыковский. Нет сомнений, что они ее найдут. А вот появится ли там памятная стелла, обозначающая одну из многих высот, не отданных в бою нашими отцами и дедами – это большой вопрос.

«Я и мои товарищи впервые посмотрели смерти в глаза, посмотрели – и не испугались, решили стоять до последнего, стоять насмерть. – так рассказывал потом гв.младший сержант Петр Болото, старший группы, о своем первом бое, - ведь там, где обороняется гвардия, враг не пройдет.

И начался неравный бой. Бронебойщики били по ближним машинам, стараясь попасть в бензобаки. После первых же выстрелов загорелся один, потом второй танк, остальные открыли огонь по вершине кургана. Откуда-то сзади и издалека ударили наши пушки, но остановить танки и они не смогли. Пули и осколки с шипящим свистом проносились у самых голов, но гвардейцы понимали, что прекратить сейчас огонь, укрыться в окопах и дать танкам добраться до них – это безусловная смерть. И бронебойщики продолжали вести огонь. От частой стрельбы стволы ружей раскалились так, что держаться за них можно было только через пилотку…

Уже в сумерках, оставив под холмом 15 неподвижных танков, враг отошел. Счастливой оказалась на этот раз судьба четырех советских парней. Они выжили в тот горячий день в донской степи и вышли из жестокого боя победителями. Петр Болото в этом бою лично уничтожил восемь танков, расчет Константина Беликова – семь. Всего же в этот день воины 84-го полка уничтожили 45 танков.

К.Беликов, И.Алейников и П.Самойлов за мужество, проявленное в бою на высоте 198,3 были награждены орденами,  а Петру Болото Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1942г. присвоено звание Героя Советского Союза*.  Наверняка это был первый подвиг в Сталинградской битве, удостоенный такой высокой награды Родины. Поэт Е. Долматовский тогда посвятил этому подвигу следующие строки:

 

Об их отваге боевой
В сказаньях говорится.
Их было четверо всего,
А танков было тридцать.
Но танки повернули вспять,
Сгорела половина.
Вот так сражаться, так стоять,
Отбить врага лавину!
И мы развеем ураган,
Бессмертные, живые.
Стоит в степи седой курган
Незыблем, как Россия.

 


*В музее «Сталинградская битва» экспонируются орден Ленина и Медаль «Золотая Звезда» Героя Советского Союза П.О.Болото (1909-1966), а также боевые награды командира 33 гв.сд генерал-майора А.М.Утвенко (1905-1963).

 

На линии обороны 84-го полка у хутора Калмыковского отбивали бесконечные атаки гитлеровцев и артиллеристы 59-го гвардейского артполка – две батареи под командованием гв.лейтенанта Афанасьева и военного комиссара Заниса. Они насчитали до двадцати атак на свои позиции, сожгли и уничтожили 18 танков, 24 бронемашины с автоматчиками, минометную батарею и сотни фашистов*.

 


*ЦАМО, ф-345, оп.5502, д.6, л.183.

 

 

Для многих же бойцов этого полка, принявшего самый тяжелый удар немецкой группировки и лишенного поддержки танками и авиацией, военная судьба в этот день сложилась совсем по-другому. Вот как описывал этот день 23 июля 1942г. минометчик гв. мл.сержант Александр Курченко:

«- В шесть часов утра на наш полк (84гв.сп) двинулась целая лавина, больше сотни немецких танков. Полк был окружен врагами и отрезан от дивизии. В этот страшный день из нашей минометной роты (72 чел.) в строю осталось всего лишь одиннадцать…

…Танк с черно-белым крестом на башне внезапно остановился у бруствера нашего окопа. Из распахнутого люка показался танкист в черной форме и гортанно крикнул: «-Русь, сдавайсь!»

Стоявший рядом со мной Виктор Пучков вскинул винтовку, но тут же упал, сраженный выстрелом танкиста. И вот уже в окоп летит граната. Взорвавшись под упавшим Виктором, она не зацепила меня осколками. Люк захлопнулся, танк взревел двигателем и принялся «утюжить» наши окопы, присыпав и меня наполовину землей. Придя в себя, я увидел ужасную картину. Кроме меня и тяжелораненого Домбровского, из расчета в живых не осталось никого. Миномет был также раздавлен гусеницами танка. Перебинтовав раненого и собрав медальоны и комсомольские билеты убитых товарищей, я стал ждать темноты, так как кругом стояли немецкие танки».

 

Отрывок из главы шестой. 
Операция «Дон».

 

1 января 1943г. Сталинградский фронт был преобразован в Южный, получивший задачу выйти на рубеж Шахты – Новочеркасск – Ростов – Батайск и отрезать вражеским войскам группы армий «А» пути отступления с Северного Кавказа. Судьба окруженной в Сталинграде группировки противника была доверена Донскому фронту, приступающему к завершающей Сталинградскую битву операции «Кольцо». Еще месяц оставался до полной капитуляции попавшего в капкан зверя, немцам в «котле» еще предстояло съесть почти 40 тысяч румынских лошадей.

2-я гвардейская армия в составе Южного фронта теперь уже по обоим берегам Нижнего Дона устремилась на запад с девизом «Даешь Ростов!». В наступление армия шла, имея уже семь стрелковых дивизий, два механизированных, танковый и кавалерийский корпуса. В ходе начатой Красной Армией стратегической наступательной операции «Дон» ей предстояло уже в начале января отбить у противника налаженный транспортный коридор Сальск – Цымлянская – Морозовск с оборудованной переправой через Дон у станицы Цымлянской.

Противник, отступая, отчаянно сопротивлялся, стараясь не допустить выхода Красной Армии в тыл своей кавказской группе армий «А». Страшен был возможный «Гросс-Сталинград» потомкам тевтонских рыцарей, от которых давно уже не пахло одеколоном и крепким кофе, как это было летом 42-го.

Левобережные соединения и части 2-й гвардейской армии преследовали остатки 4-й танковой армии Гота в междуречье Дона и Сала, его левого притока, отбивая их попытки пробиться к Дону*.

На правом берегу Дона 33 гв.сд в составе опергруппы Крейзера от освобожденного Тормосина разворачивалась фронтом на запад, получив задачу прорвать оборону противника на рубеже реки Цымла. Снова перед дивизией расстилалась бесконечная донская степь. Снова предстояли немалые потери – ведь за этой степью Ростов, ворота Кавказа, и враг так просто эти ворота не отдаст. Но надежда на победу становилась крепче с каждым километром, пройденным на запад.

«Теперь мы идем на Ростов, чтобы запереть кавказскую группировку немцев в новом котле. Нас торопят. Да мы и сами торопимся – пишет Григорий Чухрай. – Население освобожденных сел встречает нас как освободителей. Плачут, крестятся. Наконец! Рассказывают о бесчинствах немцев. Мы и сами видим следы этих бесчинств и еще больше ненавидим фашистов.»

Фашисты отступали и свою злобу вымещали на мирном населении и особенно на пленных бойцах Красной Армии.


*Отступление от реки Мышковой описано командиром немецкой 17-й танковой дивизии генералом Ф. фон Зенгером в его книге «Ни страха, ни надежды», включая период ожесточенных боев (2-10 января 1943г.) на рубежах рек Сал, Малая и Большая Куберле – в двадцати километрах от будущего города Волгодонска.

 

 

В хуторе Чепурин, одном из первых освобожденных дивизией на правом берегу Дона, хуторяне рассказали, как по доносу районного старосты, бывшего белогвардейского офицера, немцы схватили четырех советских воинов, бежавших из фашистского концлагеря, которых было много тогда по обоим берегам Дона. После трехсуточных допросов и пыток капитана и трех рядовых бойцов казнили, применив затяжное повешение. Трупы казненных долгое время оставались на виселице для устрашения местного населения. Имена казненных остались неизвестными.

…Ломая вражескую оборону, части дивизии выходили на территорию Ростовской области еще в канун Нового 1943 года. На всю жизнь осталась в памяти ветерана дивизии Н.П.Тыновского, автора книг «По дорогам войны» и «Дорогами войны и мира» новогодняя ночь, когда его 91-й гвардейский стрелковый полк попал под пулеметный огонь противника на окраине станицы Новоцимлянской.

- «Фашисты осветили нас ракетами и открыли беспорядочный огонь. Наши головные подразделения залегли. Но вскоре заговорили советские минометы и враг, не ожидавший нашего ночного наступления, с боями начал отступать».

В этих боях отличился и был награжден орденом Красной Звезды гв.лейтенант Иван Бекренев, сумевший наладить согласованные действия артиллеристов и пулеметчиков со стрелками своей роты, заставив противника отступить. Полностью станица была освобождена только днем, 1 января. В сельском клубе немцы оставили приготовленные для встречи Нового года столы, украшенные елочными игрушками стены. Шарж на одной из стен изображал фрица (так тогда с презрением называли немцев), тащившего за собой овцу. Подпись на немецком гласила: «Дэр организатор». Но на этот раз мародерам пришлось организовывать праздничный стол в неласковой зимней степи. Освобождение станицы стоило полку более ста пятидесяти солдатских жизней.

Хутор Челбин освобождал 88 гв.стрелковый полк. Батальон, ворвавшийся в хутор 31 декабря 1942г., с трудом отбивал контратаки противника, подтянувшего свежие силы. Выручая залегший под плотным огнем батальон, командир полка Д.В.Казак сам повел в бой взвод автоматчиков. Противник был отброшен. Комполка получил в этой атаке пулевое ранение в руку, но полк не оставил.

84-й гв.стрелковый полк в эти же дни освобождал станицы Маркинскую, Терновскую и Хорошевскую.

«Хутора Колотовка, Челбин, Зацымловский и станица Маркинская*, расположенные почти без разрывов по руслу реки Цымла, несколько раз переходили из рук в руки – вспоминает местный житель хутора Челбина А.А.Борисов. – Только в ночь на 3 января немцы отступили и полки дивизии двинулись на станицу Цымлянскую.»


*Эти хутора и станица Маркинская, затопленные при строительстве Цимлянского водохранилища в пойме реки Цымла, были переселены на новые места (х.Челбин, например – на земли станицы Калининской).

 

 

Прах советских солдат, погибших и похороненных в этих ушедших под воду населенных пунктах, был перенесен в братскую могилу станицы той же Калининской. Здесь, у крутого изгиба Дона, еще в IX веке нашей неспокойной эры из своей крепости Саркел «держали» переправу хазары, собирая дань с караванщиков Великого шелкового пути.

Теперь же станица Цымлянская почти полгода находилась «под немцем» и обеспечивала ему связь между Сальском и Морозовской. Взяв станицу*, немцы за сутки, работая без перерывов, навели понтонно-мостовую переправу через Дон. И сразу же нескончаемым потоком на левый берег бодро и уверенно пошли механизированные колонны – на Сталинград, не зная еще, что идут они навстречу своей погибели.

Спокойной жизни оккупанты в станице все это время не знали. С 21 июля советская авиация усиленно бомбила переправу, потому и не было наших самолетов над позициями дивизии и всей 62-й армии в те июльские дни в большой излучине Дона. А уж к январю немецкие зенитки у переправы не умолкали ни днем, ни ночью – на окрестных полях и в балках находили обломки десятков сбитых советских самолетов. Немцы жили «на чемоданах» - днем находились в Цымле, а ночью прятали свои машины в различных укрытиях, степных балках и исчезали сами. Боялись наступления русских войск. В станице хозяйничали румыны.

…Из далекой Германии фюрер прислал о многом говорящий приказ, определяющий тактику отвода группы армий «А»** с Кавказа, в котором требовал «…вырвать инициативу у русских на некоторых участках маневренными действиями и снова продемонстрировать превосходство немецкого руководства.»

Этими «некоторыми участками» были рубежи, связанные с переправами у Цымлянской и Константиновской.

Опасаясь сильного сопротивления противника в станице Цымлянской, командующий 2-й гвардейской армии разработал операцию по ее освобождению ударами с обоих берегов Дона.   По правому берегу с отбитого у врага рубежа реки Цымла к станице подходили части 33-й гвардейской стрелковой дивизии.

В эти же дни 54-я механизированная бригада полковника И.В.Студеникина, входившая в состав 6-го мехкорпуса 2-й гвардейской армии, получив задачу захвата Цымлянской с левого берега, уже несколько суток вела бои за хутора Подгорный и Красный Яр (сегодня в этом районе расположена Волгодонская АЭС).

Не на шутку обеспокоенные близкой канонадой немцы с Чекаловой горы и Каменного спуска станицы Цымлянской поддерживали своих за Доном дальнобойными орудиями.


*Немцы вошли в Цымлянскую 19 июля 1942г., разбомбив предварительно ветхий понтонный мост (понтонами служили деревянные бочки-чаны с винзавода) и саму старинную казачью станицу («Станица горела, как свеча» - ведь большинство строений ее были деревянными) – см. приложение «Как мы ждали тебя, Солдат!».

**Этот отвод начался отступлением 1-й немецкой танковой армии 1.01.43 и был следствием наступления Южного (бывшего Сталинградского) фронта на Сальск-Ростов.

 

 

Тревожила их и непонятная стрельба в пойменном лесу за речкой Кумшак, у старого донского затона, оттуда уже второй день доносились пулеметные очереди, разрывы мин, крики и русский мат. Думая, что здесь советские войска и будут форсировать неширокий в этом месте Дон, немцы подтянули сюда свою мотопехоту с бронетехникой, развернув их в боевой порядок у Кумшачки. Но с опушки леса так никто и не появился, затих и шум боя. Пока они сообразили, что попали впросак и «бой» у затона был всего лишь инсценировкой, утром 3 января 1943г. батальоны 54-й мехбригады от взятого ими хутора Красный Яр атаковали в лоб понтонно-мостовую переправу у Цымлянской.

Подразделения, охраняющие предмостные укрепления, под натиском батальонов дрогнули, отошли на правый берег и на глазах у атакующих взорвали мост. Наши бойцы вынуждены были по неокрепшему еще льду под прицельным минометным и артогнем форсировать Дон. Но лед выдержал даже легкие танки (только один провалился на мелководье) – и вот бой кипит уже на улицах станицы. Поддержку форсирующим Дон батальонам оказала артиллерия 33-й гв.сд, занимающей к тому времени окраины Цымлянской с севера.

«Конечно, досталось нашей пехоте, так как замерзший Дон просматривался врагом. Мы помогали огнем из всех видов пушек. Потери были большие, особенно у пехотинцев.» - вспоминает бывший артиллерист гаубичной батареи 59-го гв.артполка А.Ф.Судаков.

Уличные бои за станицу шли весь день, особенно упорное сопротивление немцы оказали в центре и у развалин консервного завода, но к вечеру 3 января 1943г. станица Цымлянская* была освобождена полностью 54-й мехбригадой во взаимодействии с частями 33-й гвардейской стрелковой дивизии. В этих боях было уничтожено до трехсот немецких солдат и офицеров, сожжено 15 танков и 12 машин, освобожден лагерь советских военнопленных. Потери с нашей стороны составили более 150 бойцов, похороненных в братской могиле г.Цимлянска.           

Командирский танк капитана Артема Фалюты** первым встретил семнадцатилетний парень из хутора Каширкина – Алеша Солод. Он передал танкистам плененного им немецкого сапера, а через два дня с 33-й гвардейской стрелковой дивизией Алеша ушел на фронт. Разведчиком 88-го гв.полка он прошел от Цымлянской до Кенигсберга, став полным кавалером ордена Славы и участником двух Парадов Победы на Красной площади в Москве..


*Станица затоплена водами Цимлянского водохранилища, как и десятки других населенных пунктов, при строительстве Волгодонского судоходного канала. Нынешний город Цимлянск с 1949 года отстраивался на месте станицы Кумшатской.

**Бывший командир 2-го мотострелкового батальона 54-й мехбригады, первым ворвавшегося в Цымлянскую, преодолев Дон по льду, гв.полковник в отставке А.В.Фалюта – почетный гражданин города Цимлянска.

Бронзовый бюст ветерана 33-й гв.сд, цимлянского героя ( а именно к званию Героя Советского Союза приравниваются три солдатских ордена Славы), почетного гражданина города Алексея Пудовича Солода установлен на аллее боевой Славы в г.Цимлянске.

…5 января 1943г. от немецко-фашистских захватчиков был освобожден уже весь Цымлянский район. В его освобождении, кроме соединений 2-й гвардейской армии, принимала участие и 315-я стрелковая дивизия 5-й ударной армии.

Итоги боевых действий в начале января 1943г. подведены в историческом формуляре 33 гв.сд:

«В результате ожесточенных боев на реке Цымла в течение 1-го и 2-го января 1943 года дивизия наголову разбила обороняющиеся здесь части противника. Немцы отчаянно сопротивлялись, переходили в контратаки мотопехотой с танками, но все они были успешно отбиты с большими для них потерями. С выходом на коммуникации противника дивизия вынудила его к быстрому отходу на запад. За 5 дней дивизия с боями прошла 50 километров, освободила 33 населенных пункта, уничтожила до 1000 немцев, захватила 30 пленных и богатые трофеи*».


*ЦАМО, ф.33 гв.сд, оп.1, д.1, л.37.

 

Другие материалы в этой категории: « 30 лет Музею Боевой славы

Search